Вид на Париж

Посмотрите на Париж с высоты птичьего полета со второго уровня Эйфелевой башни. Фото А. Радича.

Разные мысли приходят, когда сидишь на Марсовом поле, на идеально подстриженном газоне, на котором тем не менее вовсе не воспрещается не только сидеть, но и бегать, танцевать, прыгать и дурачиться. Чем и занимаются многие присутствующие, в основном студенты, молодежь. Многие пары, молодые и пожилые, сидять обнявшись за плечи и мечтательно смотрят на башню. (Сначала написал Мирно, потом исправил на Мечтательно – о эти причастия, adverbs, ими ли вымощена дорога в ад, как утверждает Стивен Кинг).

Конечно, можешь просто сидеть и любоваться, созерцать величие и медитировать на торжественность момента. А можешь погрузиться в исторические факты и представить себе, что происходило здесь на протяжении последних без малого полутора столетий.

«А из нашего окна башня Эйфелева видна» — «А из нашего окошка только Рю де Монже немножко.

Согласно голливудскому стереотипу, Эйфелева башня должна быть видна из любого парижского окна. И не споря с кинематографистами, им виднее, как снимать свои блокбастеры, приходится отметить, что это невозможно на практике – дома согласно плану застройки редко превышают семь этажей, и башню в лучшем случае видно с верхних уровней и мансард зданий нескольких округов центральной части. Тем не менее, прогуливаясь по садам Тюильри или на кораблике вдоль по Сене, а также из многих других парков и улиц она хорошо проглядывается, и один только вид Эйфелевой башни будоражит воображение любого человека. Кстати, отличный вид на центральную часть города не только с самой башни, но и из бизнес-части города, с башни Монпарнас – отсюда можно на высоте птичьего полета сфотографировать на фоне Эйфелевой башни и сделать отличные панорамные снимки. Многие открытки содержат виды именно с этого места.

Из наших окошек в Отель дес Аренес была видна  лишь небольшая часть улочки Монже и несколько магазинчиков на против.

Настоящая Эйфелева башня – в Монреаль?

Любопытный факт. Согласно договоренности на высшем уровне Эйфелеву башню должны были демонтировать и перевезти на выставку в Монреаль, Канада, в далеком 1967 году. К счастью, это сомнительное предприятие не осуществилось. Кто знает, к чему бы все это привело.

Какие фотографии башни можно публиковать, а какие — нет

Также Вам будет полезно знать, что фотографии самой башни могут использоваться практически без ограничений, потому что она принадлежит человеческу и находится в общественном домене. Но огни Эйфелевой башни запатентованы должным образом, поэтому необходимо быть очень аккуратным в использовании таких изображений, чтобы Вам не выставили судебный иск. Особенно если хотите запустить такие фотки в производство и на продажу.

Сколько краски нужно, чтобы покрасить Эйфелеву башню

Покраска Эйфелевой башни производится каждые семь лет, и на это каждый раз уходит до 50-60 тонн краски. Это защищает поверхность от появления ржавчины. Краска наносится в трех оттенках – снизу – более темная, потом посветлее, и сверху – светлая. Это создает эффект, еще более подчеркивающий величие строения. Я слышал, там даже проводится опрос для посетителей – какой цвет Вы бы выбрали для следующей покраски.

То выше, то ниже…

В зависимости от температурных колебаний высота башни меняется приблизительно на 15 сантиметров и составляет 324 метра. По подобной технологии было построено множество башен и телевышек по всеми миру, среди них и Киевская телевышка, которая выше, чем Эйфелева башня.

Немного о французском подходе к управлению потоками туристов и о видах на Париж с высоты птичьего полета

Пару дней назад мы уже совершали восхождение наверх. Сначала мы решаем, в какой очереди стоять. Их обычно четыре – в каждой из четырех базовых колонн – свой вход. Сейчас их три, один вход перекрыт. При этом мы видим, что у одного из входов люди поднимаются наверх пешком по лестнице. Это настораживает. То ли экономят, берут более дешевые билеты без лифта, то ли лифт попросту не работает. Выстояли в полукилометровой очереди – это заняло часа полтора (стояли майские праздники, все туристы ринулись в Париж, особенно россияне – тут и там слышится русская речь). На входе – металлоискатели, могут проверить и личному досмотру. Мой штатив вызвал у арабского досмотрщика какие-то ассоциации и веселье, он взял его словно автомат, и начал делать так: «Тра-та-та». Потом, наигравшись, вернул. Вторая очередь – в кассу, где мы по привычке берем самые дорогие билеты – включающие подъем на верхний уровень. Третья очередь – на нижний лифт, который довозит нас до второго уровня, минуя первый. На втором этаже – видовая площадка, отсюда и Трокадеро отлично просматривается, и Марсово поле, и Дом Инвалидов, и Сена, и небоскребы бизнес-квартала, и семиэтажные домики центральных округов, и Лувр, и Собор Парижской Богоматери, и Тюильри. Полюбовавшись видами и сделав пару десятков снимков, мы становимся в другую очередь (четвертая), рядом с табличкой «На вершину», выстаиваем полчаса, чтобы обнаружить, что ведет она не к следующему лифту, а к кассе, которая продает билеты на вершину. Ну Парижский городовой! Мы же купили их внизу, зачем заново продавать. Только теперь я могу вообразить, что эта касса для тех, кто не сразу решил полюбоваться Парижем с самых высот башни («Рано еще любоваться красотами болот, архидеи еще не расцвели» — Собака Баскервилей), а сэкономил на билете. А может, для тех, у кого абонемент распространяется только на нижние этажи. В любом случае, время мы потеряли, были разочарованы, как и некоторые другие стоявшие рядом с нами. На ломаном французском поинтересовался у афроевропейского охранника, как же попасть наверх, и мне любезно, с белоснежной улыбкой, разъяснили, куда проследовать, и тут возникла еще одна немаленькая, пятая по списку, очередь.

Когда мы добрались на самый верх, уже уставшие от бесконечных очередей и французской неорганизованности, сил оставалось лишь на несколько фотографий. От предложенного шампанского мы отказались, хотя рядом многие стояли с бокалами, очевидно это популярный снимок – стоишь с бокалом на фоне Парижа. После этого нам предстояла еще одна, шестая очередь – на лифт, спускающийся вниз.

Не сможете оставаться равнодушными

У подножия мы снова полюбовались башней, тем необычным оптическим эффектом, который создают ее округлости и пересечения, почитали надписи с именами известных людей на ее поверхности, изучили бюст Эйфеля, расположенный рядом с одной из ног башни.

Замечательный садочек расположен со стороны Марсового поля. Здесь и озеро, и прекрасные деревья в цветочках, и какие-то птицы наподобие куропаток гонялись друг за дружкой по берегу.

И хочется завершить мое короткое повествование словами Екатерины Гердт: «Париж есть слишком известный и дорогой город, чтобы находясь в нем чувствовать себя к нему неравнодушным».